№52
Конец 60‑х годов. Последние годы жизни патриарха Алексия I.
1. Новые направления деятельности Московской Патриархии: intercommunion – взаимное общение в таинствах с католиками и старообрядцами.
2. Что такое взаимное общение - миссионерство или “экуменизм”?
3. Экклезиологическая оценка. Отмена intercommunion 29 июля 1986 года. Заключение.
Когда во главе идеологии становится Суслов, то оказывается, что лично к патриарху Алексию I претензий нет и в конце 60‑х годов патриарха Алексия I оставляют в покое. Оставляют в покое и в смысле международной политики.
В 1968 году – “пражская весна”, июнь-июль ввод - советских войск на территорию Чехословакии. Сразу же выступает Всемирный Совет Церквей. Председатель ЦК ВСЦ Томас в августе с несколькими заместителями подписывают обращение ко всему мировому сообществу, в котором осуждают “советскую интервенцию”.
Брежневское правительство, после получения обращения ВСЦ, на закрытом заседании Политбюро решило, что раз выступает религиозная организация, то, следовательно, отвечать должен главный религиозный деятель, а именно, патриарх Московский и всея Руси.
Патриарху, которому уже за 90 лет, велели выступать. Патриарх согласился выпустить под своим именем подготовленное обращение.
Патриарху подготовили обращение, причём абсолютно светское. В обращении было сказано, что не только СССР, но и все страны Варшавского договора вошли в Чехословакию, что действуют чехословацко-советские договорённости и соглашения, что СССР должен “защищать социалистический строй Чехословакии, которому народ этой страны предан и само существование которого оказалось перед угрозой со стороны разрушающей деятельности антисоциалистических сил”.
“Исходя из этого мы убеждены, что совершившееся 21 августа сего года предотвратило серьёзное кровопролитие и, возможно, международный конфликт.
Остаётся сожалеть, что как бы лично Вы и Ваши коллеги ни относились к происходящему, призывы, заключённые в Вашем заявлении, фактически направлены на усиление имеющей ныне место кампании нагнетания напряженности в международных отношениях.
Мы сожалеем, что Вы, господин председатель, и Ваши коллеги обнародовали этот документ. Мы возносим усердные молитвы за народ Чехословакии, чтобы Вседержитель Господь благословил его мирный труд и всесторонний прогресс”.

Никодим Ротов к этому времени возведён в сан митрополита и он готовит неожиданное на тот момент постановление.
Постановление Синода Русской Православной Церкви под председательством Алексия I от 16 декабря 1969 года.
“Имели суждение о различных случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в православную церковь за совершением над ними святых таинств.
Постановили: В порядке разъяснения уточнить, что в тех случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в православную церковь за совершением над ними святых таинств, это не возбраняется”.
Существует апостольское правило 46, которое возбраняет еретикам вообще действовать в православной церкви. Но это относится к том, как если бы православный причащался у католиков. 95‑е правило VI‑го Вселенского Собора гласит, что такие, как несториане, монофизиты принимаются по третьему чину через покаяние, через отвержение всяческих ересей, после чего им преподаются Святые Христовы Тайны.
Казалось бы, что Русская Церковь совершила громадный шаг в сторону уклонения от православной веры. Что же тогда это такое? Никакие власти в данном случае не имели ни малейшего к этому делу касательства. Для чего же это было надо?
Пошло смущение.
В то же время 3‑е всеправославное совещание на острове Родос в ноябре 1964 года решило, что каждая поместная православная церковь по собственному почину, но не от имени всего православия, может свободно продолжать и развивать братские отношения с Римско-католической церковью в надежде, что “этим путём постепенно могут быть нейтрализованы существующие ныне трудности”.
2‑й Ватиканский собор разрешил католикам обращаться к православным.
Конечно, нужды ради и, тем более, предсмертной болезни такие вещи практиковались в Русской Церкви и в синодальный период. Но полагалось предварительно по ускоренному чину человека присоединить по соответствующему чину. Кстати, чин присоединения инославных к православию есть, а такого чина, который бы допускал бы “расправославие” – нет.
Смущение по этому вопросу всё же начинается и начинается оно в православной России. Вопрос стоял о том, что – как можно оказаться участником православной евхаристии, а потом возвращаться? … Никаких открытых писем не было, но дух всеобщего недоумения был таков, что 17 марта 1970 года, за месяц до кончины Алексия I, Никодим вынужден был разъяснить положение.
Сказано так: “В связи с запросами, поступающими от представителей прессы относительно решения Священного Синода Русской Православной Церкви от 16 декабря 1969 года о невозбранном допущении к Святым Таинствам старообрядцев и католиков в тех случаях, когда они обращаются с просьбой об этом к священнослужителям нашей Церкви, считаю своим долгом сделать следующее разъяснение.
Священный Синод, принимая это постановление, руководствовался практикой в жизни Русской Православной Церкви в СССР, когда члены старообрядческой церкви, имеющие трех степенную иерархию, а также члены Римско-католической церкви в случае болезни или по иной причине обращаются к священнослужителям Русской Православной Церкви с просьбой о духовном утешении и за совершением Святых Таинств.
Это может быть в тех случаях, когда последователи старообрядческого и католического исповеданий не имеют возможности обратиться к священнослужителям своих церквей. В таких случаях духовенству Русской Православной Церкви надлежит проявлять пастырскую заботу и преподавать нуждающимся духовное утешение и Святые Таинства. При этом следует иметь в виду, что Православная и Римско-католическая церкви имеют одинаковое учение о Святых Таинствах и взаимно признают действенность этих таинств, совершаемых в них”.
Что касается одинакового учения, то это не совсем верно, так как католики причащаются только под одним видом – евхаристическим хлебом.
И заканчивается так: “Упоминаемое решение Священного Синода, как мы надеемся, будет иметь значение и окажет доброе влияние на укрепление братских отношений Русской Православной Церкви с церковью Римско-католической и со старообрядчеством. И, таким образом, облегчит следование по пути к вожделенному вероисповедному единству, заповеданному Христом Спасителем всем, кто исповедует Его Всесвятое Имя”.
Разъяснение сделано, но половинчатое – католику разрешают как бы временно побыть православным. По постановлению оказывается, что для единства Чаши не обязательно единство веры! Идёт, так сказать, пресловутая католическая “минимизация”.
После того, как были сделаны разъяснения, это положение вошло в практику. Как всегда при практическом осуществлении, это разъяснение дополняется инструкциями. Что же стало данностью церковной жизни?
1. Было указано, что существует не только право священнику преподания Святых Таин, но и православному в случае необходимости разрешено причащаться в католических храмах и на католической литургии.
Какие же случаи были признаны достаточными для этого intercommunion? Если католик по исповеданию находится в православной стране, в провинции её, где нет католических храмов и находится он в этом месте хотя бы месяц, то его надлежит невозбранно допускать к Святым Христовым Тайнам, исповедуя, но не присоединяя к православию по третьему чину.
Это есть нарушение и нарушение прежде всего 95‑го правила VI‑го Вселенского Собора.
Со своей стороны, если православный человек, не только смертного часа ради, но и в командировке, например, находится в католической стране, где нет православного храма, то он имеет право причащаться у католиков.
Эта практика существовала до 29 июля 1986 года, когда при патриархе Пимене и также постановлением Священного Синода эта практика была приостановлена и затем отменена, но явочным порядком. Таким образом, постановление Священного Синода от 16 декабря 1969 года не было осуждено.
Во что же это выливалось? Католики должны каяться, но только в случае особо тяжких грехов, тогда, если человек пришел перед мессой и хочет исповедоваться, то исповедь принимают. А если опоздал к началу, то никто исповедовать его не выйдет, а причащаться он может – было бы желание.
Конечно, такая практика причащения вызывала массу вопросов и сопровождалось это всё каким‑то лёгким недоумением – что, вообще говоря, происходит?!
Этот воздух недоумения, вопросов и смущения - он был несравненно действенней, нежели какое бы то ни было обращение гласное, открытое письмо и так далее. Открытых писем не было, но действенность этого смущения была такова, что решили подтвердить решение Синода соборным положением на ближайшем поместном соборе.
Поместный собор был всё равно необходим, поскольку 17 апреля 1970 года скончался патриарх Алексий I. И вопрос об intercommunion был вынесен на повестку дня собора в июне 1971 года.
Есть совершенно бесценное свидетельство, принадлежащее архиепископу Брюссельскому и Бельгийскому Василию Кривошеину.
Василий Кривошеин – сын министра земледелия царского правительства Александра Васильевича Кривошеина (кабинет министров Горемыкина). Александр Васильевич Кривошеин, ближайший сотрудник Столыпина, становится министром после убийства Столыпина. Позднее он возглавлял кабинет министров в Крыму при Врангеле, эмигрировал с армией Врангеля поздней осенью 1920 года.
У Александра Васильевича Кривошеина было пять сыновей и две племянницы (племянницы остались в России и их не тронули).
Один из братьев Василия Кривошеина, Игорь, после войны принял советское гражданство и французское правительство насильно репатриировало его в Россию.
Другой сын Александра Васильевича Кривошеина, Всеволод, был участником белого движения, в 1919 году был ранен, его эвакуировали в Константинополь и позднее закончил богословский институт на Рю дэ Кримэ; поехал на Афон в качестве паломника и остался там навсегда; был пострижен с именем Василий; был секретарём Кинота. При массовой высылке великороссов со святой горы Афон его выслали, но оставили во всех поминаниях, в отличие от Софрония Сахарова, то есть остался в диптихе святой горы Афон.
Василий Кривошеин был направлен заканчивать богословское образование в Оксфорд и в 1950 году патриархом Алексием I был хиротонисан во епископа Брюссельского и Бельгийского вместо Александра Немоловского, который скончался. Советского гражданства Василий Кривошеин не принимал никогда, а имел нансеновский паспорт, то есть апатрида. Бельгийское правительство относилось к нему чрезвычайно доброжелательно.
Соборный документ от 31 мая 1971 года (вопрос об intercommunion).
“Допустимость полного общения в Таинствах (intercommunion) с такими церквами, которые примут всё, что входит в неприкосновенное наследие от древней не разделённой Церкви”.
Это уже другая формулировка и не надо забывать, что патриархом Афинагором I и папой Павлом VI отменены в 1965 году клятвы 1054 года. Здесь intercommunion для тех католиков, которые не отрицают православной веры, а как бы своё присоединяют к православному.
Но есть же и явные противоречия: нельзя же исповедовать два Символа веры. Но есть лазейка, так как существует католическая минимизация и есть ещё иезуитская двойственность, которую выражал католический журнал “Символ”. Журнал “Символ” трактует вопрос так – что можно принимать православный Символ веры, оставаясь католиком, объясняя это неадекватностью латинского и греческого языков.
По гречески и по церковно-славянски – “иже от Отца исходящего” – “через Сына”, “через посредство Сына”, “Мною, Сыном”, “ради Меня”. Не можешь придти к Отцу, токмо Мною. Если это мы, мол, переведём на латынь, то и будет “филиокве”.
Господь говорит – иного Утешителя пошлю вам (Иоанн 14.6), то есть в контексте божественного домостроительства, а Дух Святой – “исхожу” внутри Святой Троицы, это исхождение – отличительная особенность Третьей ипостаси, то есть, какой порядок Святая Троица имеет Сама в Себе. Если это богословие Григория Богослова проигнорировать, отнести исхождение Святого Духа к посланничеству Святого Духа на апостолов и вообще на тварь, то и получится – ради Сына, то есть филиокве. Это рассуждение грешит именно богословской ошибкой, потому что филиокве как бы тоже относится не к домостроительсву Божию, а к порядку Святой Троицы и тогда получается, что Троица разделяется на две двоицы.
Но, так или иначе, к православному причастию допускаются те католики, которые не отвергают ни единого догмата православной веры.
Далее. “Не будут настаивать на особенностях, с которыми православная Церковь не может примириться в своей собственной внутренней жизни”.
Что же это за католические особенности, с которыми Церковь православная не может примириться? Например, лишение мирян святой Чаши.
Никодим Ротов продолжает: “Ответы на эти вопросы должны быть даны не в общей форме и ни на каком‑нибудь частном примере, а точно, обстоятельно и строго научно. Разумеется, что для этого потребуются годы вдумчивой и напряжённой работы”.
Таким образом, собор признаёт, с подачи митрополита Никодима, что в данном случае практика церковная предваряет догматическое осмысление и догматическую разработку оного intercommunion. То есть, сначала делают, а потом пытаются осмыслить.
В принципе это можно сравнить с таким лжеучением русского синодального периода, что царь является главой Церкви. Это утверждалось законом 1797 года, осмыслено Сперанским 35 лет спустя, то есть в законодательстве 1832 года.
Далее. “Нужно также разработать православное учение об экклезиологии, о евхаристической жертве, о Таинствах. Без серьёзного изучения всех этих вопросов не может быть речи о плодотворном богословском диалоге ни с англиканством, ни с, тем более, протестантскими церквами”.
Это дело не получило дальнейшего развития, то есть ни к англиканам, ни к протестантам решение собора не относится.
Общецерковная политика этого периода, конечно, связана с Никодимом, но корнем всего является маловерие. У церковноначалия к этому времени сформировалось мнение, что коммунисты пришли и останутся до второго пришествия. Это мнение разделял не только Никодим, но и Пимен. Обетования, данного, например, Серафимом Вырицким, не знали. А Серафим Вырицкий прямо сказал, что никакого Ленинграда не будет, будет Санкт-Петербург, что церковные песнопения и проповеди будут передавать по радио и телевидению и так далее.
Поэтому церковноначалие решило, что перед лицом мирового коммунизма надо не различия выпячивать, а всячески утверждаться на том общем, что у нас безусловно есть.
Флорентийский собор показал нечто подобное, и ответом Божиим на Флорентийский собор было падение Константинополя в 1453 году. После этого прошел собор 1484 года, который отменил Ферраро-Флорентийские соглашения. Но со времён Ферраро-Флорентийского собора 1439 года прошло более 500 лет и опять и то же самое маловерие привело к зыбкой, неверной надежде, что, мол, возможно единение и потому надо утверждаться на том общем, что у нас есть.
На соборе 1971 года требовалось соборное подтверждение постановления Священного Синода от 16 декабря 1969 года и оно было сделано.
Документ собора гласит: “Решение Священного Синода от 16 декабря 1969 года было продиктовано душеспасительной заботой нашей Церкви о своих братьях во Христе, согласно которому священнослужители Московского Патриархата получили разрешение преподавать благодать Святых Таинств католикам и старообрядцам в случае крайней в сём необходимости. Для последних при отсутствии на местах их священников, поскольку мы имеем общую с ними веру в отношении Таинств”.
Подобное решение имело место в 1878 году, когда Константинопольский Синод вменил в обязанность греческим православным священникам совершать Таинства для армян там, где у них не имеется церквей и священников.
В заключение о католиках.
“Строго придерживаясь рекомендации 3‑го всеправославного совещания 1964 года, Русская Православная Церковь, развивая дружественные отношения с Римо-католической церковью в надежде, что это, с одной стороны, будет содействовать укреплению братства и взаимопонимания великих церквей востока и запада, а с другой, послужит благословенному миру на земле”.
Таким образом, было дано соборное утверждение решения Священного Синода от 16 декабря 1969 года. Что об этом полагал патриарх Алексий, пребывая в инобытии, мы не знаем. Иоанн Постник при ссылке на такие прецеденты говорил – а Вы спросите у него сейчас, что он об этом думает. Важно то, что собором было принято такое решение, да ещё в присутствии представительств восточных патриархатов.
Это положение 1971 года было отменено явочным порядком постановлением Синода от 29 июля 1986 года, но не было отменено ни поместным собором 1988 года, ни поместным собором 1990 года. Если отменять положение 1971 года, то оно должно быть отменено следующим поместным собором Русской Православной Церкви одинакового представительства.
Со стороны католиков были шаги навстречу. Например, в декабре 1970 года в городе Бари проводилось 2‑е богословское собеседование Римско-католической и Русской Православной Церкви.
Обсуждались вопросы такие, как роль христианина в современном развивающемся обществе, проблемы христианского аскетизма, взаимосвязи между церковной жизнью и общиной, в совместных усилиях христиан в большей гуманизации мира. Обсуждался также вопрос о том, как совместить всемерную преданность учению и делу Христа с обязанностью сотрудничать в мирском обществе с людьми – не христианами.
Но это всё – не вероисповедные вопросы, это вопросы в буквальном смысле – вопросы церковной икономии.
В октябре 1967 года представители Русской Православной Церкви присутствовали на 3‑м всемирном католическом конгрессе апостолата мирян в Риме.
На соборе 1971 года громких возражений против утверждения решения 1969 года не было. Всё время пытались возразить против приходского устава 1961 года, но и его собор утвердил. Особое мнение подал Василий Кривошеин и с ним были согласны ещё три архиерея.
Так как практически никто не выступал против intercommunion, то, следовательно, экклезиологическое сознание тогдашнего русского общества было таково, что это не считалось серьёзным. Иными словами, вот эта минимизация, которая была провозглашена католиками, как заразная болезнь стала проникать и в православное сознание.
Таким образом, к православным Таинствам допускается тот католик, который, по крайней мере, не отвергает православной апостольской веры и веры не разделённой Церкви.